СКАУТСКИЕ ВОСПОМИНАНИЯ
О ДЖАМБОРИ "СКОТЛАНДИЯ"

На одном из сборов Вадим торжественно объявил о приглашении на Джамбори в Шотландию. Решили выбрать самых активных скаутов. Я была спокойна на счет себя, так как особой активностью не отличалась. И каково же было мое удивление, когда среди активных скаутов назвали и меня. Помню, как стремительно мы собрали все паспорта. Вадим в Минске за два дня проставил визы, упаковка рюкзаков, поезд, автобус, самолет и вот мы в Лондоне.

        Аэропорт Лондона - тихое, покрытое серыми коврами место с мелодичным английским вокруг. Снова самолет, океан, и мы в Абердине. Аэропорт Абердина - шумное, неаккуратное место, с резким спотыкающимся английским. И когда подошел к нам главный шотландский скаут в первую очередь он произнес: "Are you hungry?", что означает: "Вы не голодны?", то я подумала, что наверное, это важнее чем просто: "Здравствуйте!" Для кого, конечно, как... А для меня все же - здравствуйте!

        Вот мы и в Шотландии... Ах, это сладкое, как ненадкусанная плитка молочного шоколада, мягкое слово "Шотландия". Такая манящая страна с кисельными берегами и молочными реками, с пронзительными звуками носатой волынки, с юбками на мужских бедрах и с сексуально раскачивающимися сумочками посреди, в которых по старинному шотландскому обычаю обязательно должна находиться бутылочка с виски. Ну одним словом: "Wow!"

        В лагере мне сразу бросилось в глаза идеальная чистота в том месте, где мы должны были расположиться. Поэтому, когда нам поведали о местных обычаях, где главным пунктом было - не разжигать костры, я не удивилась. Так лагерь в своей идеальной чистоте распахнул свои дружественные объятия.

        Вечерело. Приближалась ночь. И с приближением этой самой первой ночи температура воздуха снижалась. А как я уже сказала, что по старинным шотладским обычаям костры разжигать, хотя бы для того, чтобы согреться не разрешалось. Поэтому мы с Янкой попробывали себя испытать - выдержим этот холод или нет. Не выдержали. Голова стала судорожно работать и выдавать самые абсурдные идеи. Так ничего и не придумав, тело выбросило меня на улицу и тупо пошло, пошло и тем самым согрелось. К счастью, на следующий день костер все же разожгли, но только по шотландским обычаям: принесли большое жестяное корыто, покрыли его решеткой и стали бросать сухие поленья. Звук от этого процесса был примерно такой, как если провести ногтем по стеклу. Приятно? Вот и наши ощущения от костра были такими же. Но это не важно, скажите вы, самое главное можено теперь погреться, не тут то было.

        Погреться не удалось, так как в лагере был объявлен отбой в 22.00. А мы, точнее нас, поселили с шотландскими детишками лет 10-15, поэтому отбой для нас был в 21.00. А причем тут отбой? - спросите вы. А притом, что отбой - значит спать, а не греться у костра. Это разные вещи. Тут-то на помощь и пришло тело. Оно опять выбросило меня с Янкой из промерзлой палатки, и забросило в соседнюю, где жили Питон, Леня и Арут. Ребята наши вовсе не удивились, тому как мы резво запрыгнули к ним в палатку и стали рассказывать анекдоты. Смех и теплота мужского плеча помогли нам согреться и на этот раз.

        После пары таких окоченелых ночей мы так сплотились, что разработали план мщения против мерзких шотландских детишек, которые получали в раздаточной палатке нашу еду, а по дороге в подлагерь ее съедали, и мы оставались голодными. Так мы продержались два дня, но кушать-то хочется... Поэтому пришлось воровать - еду, конечно. Мы забирались по-одному в хранилище с продуктами и хватали что попадется: яблоки и чипсы. С добычей мы прибегали в нашу, уже общую палатку, и делили все поровну. Потом радостно хрумкали и смеялись.

        В один из дней нам выдали проспекты с активностями. Среди них были: катание на горных велосипедах, байдарки, лазание по горному макету, стрельба из ружей, шотландская кухня. Но нас привлекло необычное название перевода которому никто не знал, даже переводчица. Поэтому все завопили, что это наверно что-то уж очень крутое, как раз для нас. Мы вписали себя.

        И вот мы уже едем в маленькой машине. Нам выдали костюмы для ныряния в воде. Далее подвели к мелкой речушке и громким английским прокричали: "В воду!" И тут до нас дошло, что мы выбрали путешествие вплавь по горной реке. Сначала мы разбежались, потому что никто не хотел мерзнуть (костюмы воду пропускали). Нас отлавливали и силой запихивали в воду. Когда вода попадала на тело, тело, как всегда, стремительно находило выход. Оно просто начинало прыгать, метаться, плюхаться и тем самым согревалось. После того, как трехчасовая прогулка по изгибам горной реки закончилась, я вовсе не удивилась, когда обнаружила, что застудила все, что только могла застудить. Но я даже обрадовалась - ведь могло все закончиться куда более трагично. Это урок, из которого я извлекла - или учи английский или не лезь, если не знаешь, что это такое.

        Мы были не одиноки в своей беде. С нами подружились скауты из Африки. То ли по цвету кожи, то ли потому, что не только они из страны третьего мира по экономике, но они признали нас за своих. Каждый раз видя нас, они кричали: "Сали монали!", что означало: "Здравствуйте!" и на одном из вечеров: голодные, холодные и сильно уставшие, мы забрели в большую палатку, где играла музыка. Тихо, прижавшись друг к другу, каждый думал о своем... Как вдруг стремительно залетели наши африканские друзья и провозгласили: "Сали монали!" И тут тихий, молчаливый Питон дал, на мой взгляд, очень точный перевод: "Как же вы, блин, заманали!" Это и было, наверно, самое точное определение всей нашей поездки на Джамбори.

        А дома нас ждали: родные березки, теплые ночи, добрый костер, черный хлеб и красный, чуть с кислинкой мамин борщ.